Записи пользователя Вам подарок - 1479.

Не плачь, не плачь, мое дитя

Не плачь, не плачь, мое дитя!
Не стоит он безумной муки,
Верь: он ласкал тебя шутя,
Верь: он любил тебя от скуки...
Тебя он золотом дарил,
Клялся, что вечно не изменит.
Он ласки дорого ценил,
Но слез твоих он не оценит...

Страдал мучительно Балкон

Страдал мучительно Балкон:
Он был в Балкониху влюблён.
Подумать только – и она
Была в Балкона влюблена!

Они, любви услышав глас,
Друг с друга не сводили глаз.
Но чувства выразить сполна
Мешала каждому стена.

Влюблённым снились ночью сны,
Что за спиною нет стены.
И будто в лес, на тихий пруд
Балкон с Балконихой идут.

Поёт кукушка вдалеке.
Они идут – рука в руке...
А рядом с ними семенят
Двенадцать милых балконят.

Милый мой, я не акула

Милый мой, я не акула,
Не опасна, вот те крест.
Но тебя как ветром сдуло,
Бегать милый, надоест!
Не сочти меня нахалкой,
Хочешь, даже побрани.
Полюби не из под палки,
Сердце настежь распахни.
Не пойму, чего ты трусишь,
Ускользаешь, как налим?
Близок локоть, не укусишь,
Я уж буду за другим!
Пять минут тебе на сборы,
Можешь даже без пальто.
Поплотней закроем шторы,
Чтоб не сглазил нас никто!!!

Ты мне дарил охапки мухоморов

Ты мне дарил охапки мухоморов
Три года, раз в неделю - вновь, и вновь.
Но вот затих стук "пламенных моторов" -
Прошла любовь.

Прошла любовь. Завядших помидоров
Унылый куст согнулся до земли.
Клялись мы друг для друга сдвинуть горы,
Но, не смогли.

Ну, не смогли! Ни вздохов, ни укоров -
Расстались мирно: тишь, покой, уют.
Но в тихом счастье привкус мухоморов:
Ботинки жмут.

Ботинки жмут, скрипят тугим минором,
И перестанут жать, увы, не скоро.

Интернет, все те же сайты

Интернет... Все те же сайты...
Информации туманы.
Мой компьютер грузит байты
Виртуального романа.

Виртуального... И что же?
Наша встреча здесь - случайность,
Только мы мечтаем все же
Пронести любовь в реальность.

Ты и я, как два кумира
Друг для друга в этот вечер,
В своих комнатах, квартирах
Мы с тобой c мечтой о встрече

Засыпаем, а с рассветом,
После долгой бурной ночи,
Мы проснемся и отметим -
Не было ночей короче.

Мне рисует мозг картины
Нашей встречи... Ожидание...
На страницах паутины
Скучно без твоих признаний.

Нас связали две машины,
Я на севере, ты - с юга,
Только в дебрях паутины
Снова ищем мы друг друга.

Только нежность, счастья слезы...
Мы с тобою так похожи...
Постоянные вопросы -
Может, встретимся? - Быть может!

Ночью лишь тебя воочию
Вижу я и в снах целую...
Днем же монитор рисует:
"Я тебя... и многоточие"

В Интернете всё возможно

В Интернете всё возможно...
Чьи-то роли мы играем.
И влюбиться так не сложно
В тех, кого совсем не знаем.
Рассыпаясь в комплиментах,
Виртуальные букеты
Дарят юные Ромео
И наивные Джульеты.
Ты рисуешь образ милый,
Идеал твоих мечтаний:
Принц богатый и красивый,
Исполнитель всех желаний.
Но однажды день настанет,
Что иллюзию разрушит...
Пред тобою он предстанет,
Ужасом наполнит душу:
Вот он, толстый и пузатый,
Лысый, страшный - пред тобою.
Узнаёшь, что он женатый,
У него детишек двое...
Ты спешила на свиданье,
И не знала, что так лживы
Все его в любви признанья,
Что писал тебе красиво.
Он писал тебе от скуки,
На работе дурью маясь.
Взять себя не можешь в руки,
От обиды задыхаясь...
Как же так? Ведь ты любила,
Ты жила о нём мечтою,
Называла его милым...
Плюнь, тебя он недостоин!
Так чувствительно, ранимо
Сердце маленькой Джульеты,
И она непримирима,
Плача, курит сигареты.
Люди все играют роли,
Любят лгать и притворяться.
В мире столько лжи и боли,
А тебе всего шестнадцать

Как белый камень в глубине колодца

Как белый камень в глубине колодца,
Лежит во мне одно воспоминанье.
Я не могу и не хочу бороться:
Оно — веселье и оно — страданье.

Мне кажется, что тот, кто близко взглянет
В мои глаза, его увидит сразу.
Печальней и задумчивее станет
Внимающего скорбному рассказу.

Я ведаю, что боги превращали
Людей в предметы, не убив сознанья,
Чтоб вечно жили дивные печали.
Ты превращен в мое воспоминанье.

Гость

Все как раньше: в окна столовой
Бьется мелкий метельный снег,
И сама я не стала новой,
А ко мне приходил человек.

Я спросила: "Чего ты хочешь?"
Он сказал: "Быть с тобой в аду".
Я смеялась: "Ах, напророчишь
Нам обоим, пожалуй, беду".

Но, поднявши руку сухую,
Он слегка потрогал цветы:
"Расскажи, как тебя целуют,
Расскажи, как целуешь ты".

И глаза, глядевшие тускло,
Не сводил с моего кольца.
Ни один не двинулся мускул
Просветленно-злого лица.

О, я знаю: его отрада -
Напряженно и страстно знать,
Что ему ничего не надо,
Что мне не в чем ему отказать.

В ту ночь мы сошли друг от друга с ума

В ту ночь мы сошли друг от друга с ума,
Светила нам только зловещая тьма,
Свое бормотали арыки,
И Азией пахли гвоздики.

И мы проходили сквозь город чужой,
Сквозь дымную песнь и полуночный зной,—
Одни под созвездием Змея,
Взглянуть друг на друга не смея.

То мог быть Стамбул или даже Багдад,
Но, увы! не Варшава, не Ленинград,
И горькое это несходство
Душило, как воздух сиротства.

И чудилось: рядом шагают века,
И в бубен незримая била рука,
И звуки, как тайные знаки,
Пред нами кружились во мраке.

Мы были с тобою в таинственной мгле,
Как будто бы шли по ничейной земле,
Но месяц алмазной фелукой
Вдруг выплыл над встречей-разлукой...

И если вернется та ночь и к тебе
В твоей для меня непонятной судьбе,
Ты знай, что приснилась кому-то
Священная эта минута.

Любовь

То змейкой, свернувшись клубком,
У самого сердца колдует,
То целые дни голубком
На белом окошке воркует,

То в инее ярком блеснет,
Почудится в дреме левкоя...
Но верно и тайно ведет
От радости и от покоя.

Умеет так сладко рыдать
В молитве тоскующей скрипки,
И страшно ее угадать
В еще незнакомой улыбке.

Я спросил сегодня у менялы

Я спросил сегодня у менялы,
Что дает за полтумана по рублю,
Как сказать мне для прекрасной Лалы
По-персидски нежное «люблю»?

Я спросил сегодня у менялы
Легче ветра, тише Ванских струй,
Как назвать мне для прекрасной Лалы
Слово ласковое «поцелуй»?

И еще спросил я у менялы,
В сердце робость глубже притая,
Как сказать мне для прекрасной Лалы,
Как сказать ей, что она «моя»?

И ответил мне меняла кратко:
О любви в словах не говорят,
О любви вздыхают лишь украдкой,
Да глаза, как яхонты, горят...

Поцелуй названья не имеет,
Поцелуй не надпись на гробах.
Красной розой поцелуи веют,
Лепестками тая на губах.

От любви не требуют поруки,
С нею знают радость и беду.
«Ты — моя» сказать лишь могут руки,
Что срывали черную чадру.

Шаганэ ты моя, Шаганэ

Шаганэ ты моя, Шаганэ!
Потому, что я с севера, что ли,
Я готов рассказать тебе поле,
Про волнистую рожь при луне.
Шаганэ ты моя, Шаганэ.

Потому, что я с севера, что ли,
Что луна там огромней в сто раз,
Как бы ни был красив Шираз,
Он не лучше рязанских раздолий.
Потому, что я с севера, что ли.

Я готов рассказать тебе поле,
Эти волосы взял я у ржи,
Если хочешь, на палец вяжи -
Я нисколько не чувствую боли.
Я готов рассказать тебе поле.

Про волнистую рожь при луне
По кудрям ты моим догадайся.
Дорогая, шути, улыбайся,
Не буди только память во мне
Про волнистую рожь при луне.

Шаганэ ты моя, Шаганэ!
Там, на севере, девушка тоже,
На тебя она страшно похожа,
Может, думает обо мне...
Шаганэ ты моя, Шаганэ.

Мне грустно на тебя смотреть

Мне грустно на тебя смотреть,
Какая боль, какая жалость!
Знать, только ивовая медь
Нам в сентябре с тобой осталась.

Чужие губы разнесли
Твоё тепло и трепет тела.
Как будто дождик моросит
С души, немного омертвелой.

Ну что ж! Я не боюсь его.
Иная радость мне открылась.
Ведь не осталось ничего,
Как только желтый тлен и сырость.

Ведь и себя я не сберег
Для тихой жизни, для улыбок.
Так мало пройдено дорог,
Так много сделано ошибок.

Смешная жизнь, смешной разлад.
Так было и так будет после.
Как кладбище, усеян сад
В берез изглоданные кости.

Вот так же отцветем и мы
И отшумим, как гости сада...
Коль нет цветов среди зимы,
Так и грустить о них не надо.

Заметался пожар голубой

Заметался пожар голубой,
Позабылись родимые дали.
В первый раз я запел про любовь,
В первый раз отрекаюсь скандалить.

Был я весь - как запущенный сад,
Был на женщин и зелие падкий.
Разонравилось пить и плясать
И терять свою жизнь без оглядки.

Мне бы только смотреть на тебя,
Видеть глаз злато-карий омут,
И чтоб, прошлое не любя,
Ты уйти не смогла к другому.

Поступь нежная, легкий стан,
Если б знала ты сердцем упорным,
Как умеет любить хулиган,
Как умеет он быть покорным.

Я б навеки забыл кабаки
И стихи бы писать забросил.
Только б тонко касаться руки
И волос твоих цветом в осень.

Я б навеки пошел за тобой
Хоть в свои, хоть в чужие дали...
В первый раз я запел про любовь,
В первый раз отрекаюсь скандалить.

Отчего

Мне грустно, потому что я тебя люблю,
И знаю: молодость цветущую твою
Не пощадит молвы коварное гоненье.
За каждый светлый день иль сладкое мгновенье
Слезами и тоской заплатишь ты судьбе.
Мне грустно... потому что весело тебе.

Я не унижусь пред тобою

Я не унижусь пред тобою,
Ни твой привет, ни твой укор
Не властны над моей душою.
Знай: мы чужие с этих пор.
Ты позабыла: я свободы
Для заблужденья не отдам,
И так пожертвовал я годы
Твоей улыбке и глазам,
И так я слишком долго видел
В тебе надежду юных дней,
И целый мир возненавидел,
Чтобы тебя любить сильней.
Как знать, быть может, те мгновенья,
Что протекли у ног твоих,
Я отнимал у вдохновенья!
А чем ты заменила их?
Быть может, мыслию небесной
И силой духа убежден,
Я дал бы миру дар чудесный,
А мне за то бессмертье он?
Зачем так нежно обещала
Ты заменить его венец,
Зачем ты не была сначала,
Какою стала наконец!
Я горд!.. прости! люби другого,
Мечтай любовь найти в другом;
Чего б то ни было земного
Я не сделаюсь рабом.
К чужим горам под небо юга
Я удалюся, может быть;
Но слишком знаем мы друг друга,
Чтобы друг друга позабыть.
Отныне стану наслаждаться
И в страсти стану клясться всем;
Со всеми буду я смеяться,
А плакать не хочу ни с кем;
Начну обманывать безбожно,
Чтоб не любить, как я любил;
Иль женщин уважать возможно,
Когда мне ангел изменил?
Я был готов на смерть и муку
И целый мир на битву звать,
Чтобы твою младую руку —
Безумец! — лишний раз пожать!
Не знав коварную измену,
Тебе я душу отдавал;
Такой души ты знала ль цену?
Ты знала — я тебя не знал!

К Н.И.

Я не достоин, может быть,
Твоей любви: не мне судить;
Но ты обманом наградила
Мои надежды и мечты,
И я всегда скажу, что ты
Несправедливо поступила.
Ты не коварна, как змея,
Лишь часто новым впечатленьям
Душа вверяется твоя.
Она увлечена мгновеньем;
Ей милы многие, вполне
Еще никто; но это мне
Служить не может утешеньем.
В те дни, когда любим тобой,
Я мог доволен быть судьбой,
Прощальный поцелуй однажды
Я сорвал с нежных уст твоих;
Но в зной, среди степей сухих,
Не утоляет капля жажды.
Дай бог, чтоб ты нашла опять,
Что не боялась потерять;
Но... женщина забыть не может
Того, кто так любил, как я;
И в час блаженнейший тебя
Воспоминание встревожит
Тебя раскаянье кольнет,
Когда с насмешкой проклянет
Ничтожный мир мое названье!
И побоишься защитить,
Чтобы в преступном состраданье
Вновь обвиняемой не быть!

К *** (Не ты, но судьба виновата была)

Не ты, но судьба виновата была,
Что скоро ты мне изменила,
Она тебе прелести женщин дала,
Но женское сердце вложила.

Как в море широком следы челнока,
Мгновенье его впечатленья,
Любовь для него, как веселье, легка,
А горе не стоит мгновенья.

Но в час свой урочный узнает оно
Цепей неизбежное бремя.
Прости, нам расстаться теперь суждено,
Расстаться до этого время.

Тогда я опять появлюсь пред тобой,
И речь моя ум твой встревожит,
И пусть я услышу ответ роковой,
Тогда ничего не поможет.

Нет, нет! милый голос и пламенный взор
Тогда своей власти лишаться;
Вослед за тобой побежит мой укор
И в душу он будет впиваться.

И мщенье, напомнив, что я перенес,
Уста мои к смеху принудит,
Хоть эта улыбка всех, всех твоих слез
Гораздо мучительней будет.

Идет девчушка молодая

Идет девчушка молодая
И ноги прямо от ушей,
А у моей жены короче,
Такие ноги бы моей…

А вот блондинка с пышным бюстом,
Размера пятого, поди…,
А у жены там почти пусто
Да жаль, что бог не наградил…

У этой попка, словно персик,
А у жены поменьше чуть
Вот так с работы возвращаюсь,
Чтобы жене в глаза взглянуть.

Звоню. Она открыла двери.
Смотрю и радуюсь судьбе:
«Родная, можешь мне не верить,
Все время думал о тебе».

Измученный тоскою и недугом

Измученный тоскою и недугом
И угасая в полном цвете лет,
Проститься я с тобой желал как с другом,
Но хладен был прощальный твой привет;
Но ты не веришь мне, ты притворилась,
Что в шутку приняла слова мои;
Моим слезам смеяться ты решилась,
Чтоб с сожаленьем не явить любви;
Скажи мне, для чего такое мщенье?
Я виноват, другую мог хвалить,
Но разве я не требовал прощенья
У ног твоих но разве я любить
Тебя переставал, когда толпою
Безумцев молодых окружена,
Горда одной своею красотою,
Ты привлекала взоры их одна?
Я издали смотрел, почти желая,
Чтоб для других очей твой блеск исчез;
Ты для меня была, как счастье рая
Для демона, изгнанника небес.